Иоганна. У вас был испуганный вид.

Лени (кричит). Неправда! (Берет себя в руки.)

Иоганна (мягко). Поглядите на себя в зеркало: в складках рта еще таится испуг.

Лени (сухо). Зеркала — это по вашей части.

Вернер (ударяет по ручке кресла). Довольно! (Гневно глядит на них.) Если это правда, что отец должен умереть, то ведите себя хотя бы пристойно и молчите. (Лени.) Что с ним?

Лени не отвечает.

Я спрашиваю тебя — что с ним.

Лени. Ты сам знаешь.

Вернер. Неправда!

Лени. Ты узнал об этом на двадцать минут раньше, чем я.

Иоганна. Лени? Вы хотите сказать?..

Лени. Прежде чем пройти в голубую гостиную, Гильберт зашел в розовую. Там он встретил моего брата и все ему рассказал.

Иоганна (ошеломлена). Вернер!

Вернер, погрузившись в кресло, не отвечает.

Я... я не понимаю.

Лени. Вы еще не знаете Герлахов, Иоганна.

Иоганна (указывая на Вернера). Одного я узнала в Гамбурге, три года тому назад, и сразу полюбила его, он был свободным, искренним, веселым. Как он изменился здесь!

Лени. И он не боялся слов, в Гамбурге, ваш Герлах?

Иоганна. Ничего он там не боялся.

Лени. Подлинный Герлах тот — кого вы видите здесь

Иоганна (обернувшись к Вернеру, с грустью). Ты обманываешь меня.

Вернер (поспешно и громко). Ни слова больше. (Указывая на Лени.) Посмотри на ее улыбку: она подготавливает почву.

Иоганна. Кому?

Вернер. Отцу. Нас хотят принести в жертву; основная их цель разъединить нас. Что бы ты ни думала обо мне, не упрекай меня: не то ты сыграешь им на руку.

Иоганна (нежно, но строго). Мне не в чем упрекать тебя.

Вернер (настойчиво и в то же время рассеянно). Что ж, тем лучше! Тем лучше!